5556209
433.94 КБ, 2400x2811 , f38f3ec81bd1fbba57d2… 1767962186-5e831.jpg 433.94 КБ, 2400x2811 , f38f3ec81bd1fbba57d2…
В каком-то плане эта поездка не то что сломала меня, но сделала что-то, что я бы не назвал хорошим.
1. Резкое смещение относительно часовых поясов, бессонные ночи в поезде, там же постоянное лежание на полке — и я определённо поломал свои цирковые циркадные ритмы. Во всяком случае, мне было тяжело засыпать в привычные 22:30. Внезапное решение, которое, впрочем, не искалось специально и подвернулось совершенно случайно — бинауральные ритмы, у которых действительно есть эффект.
2. Но в совокупности всего произошедшего я опять чувствую какую-то пустоту. Она не иссушающая — пока я туда-сюда ехал, у меня в голове крутились сотни мыслей, которые мне хотелось обдумать подробнее и написать (я даже планировал начать писать на ноутбуке в поезде, но розеток не было, поэтому от этой идеи пришлось отказаться), но вот всё закончилось, и, цитируя одну песню, я могу лишь сказать, что «слова закончились, остались только камни». Нет желания писать о политике/социуме, об академическом бытие, писать о новостях в моих гачах, о каких-то бытовых/житейских открытиях и идеях. Парадоксально, не смотря на возбухание этой проблемы, даже нет желания писать о биопроблемах. Если сравнивать с предыдущими эпизодами упадка — раньше это ощущалось как удар ржавым зазубренным тупым ножом, болезненно разрывающим ткани, сейчас это как удар острейшим ножом — ткани практически целы, особо боли нет, но кровь течёт сильнее, тело холодеет, а рассудок замедляется и каменеет. Я буквально чувствую себя так, словно за полторы недели постарел на пятьдесят лет.
В какой-то мере я признаю, что я тяжело болен, но от этой болезни нет лечения.